Рисунок Оксаны Кагальниковой

Накануне Дня археолога в Музейном квартале начала работу новая выставка «Открывая прошлое. Раскопки в Туле». Она представлена в Научном центре «Археологи и реставрация» (ул. Металлистов, д.1) и приурочена к 30-летию Тульской археологической экспедиции, участники которой стояли у истоков создания Государственного музея-заповедника «Куликово поле».

Владимир Гриценко: Археология привлекла романтикой

Несколько десятилетий назад дружная команда молодых историков встала на страже археологического наследия Тульской области. 1991 год – непростое время. Страна разваливалась, закрывались предприятия. Как же ученые решились на реализацию нового проекта?

- Время не выбираешь, и понятие «лихие 90-е» появилось позже. А мы тогда просто жили и делали то, что считали интересным и нужным, - отвечает директор музея-заповедника «Куликово поле» Владимир Гриценко.

Его личный судьбоносный выбор был сделан задолго до создания Экспедиции. Впервые на археологическом раскопе Владимир Петрович оказался, еще будучи 8-классником. В первую очередь археология привлекла романтикой. Вечер, палатка, костер, гитара… Потом – исторический факультет и археологическая практика, которая первый год проходила в Крыму, а после армии – на Куликовом поле.

После 600 летнего юбилея Куликовской битвы на поле начали работать сотрудники ГИМа. Стояла задача создать в храме преподобного Сергия Радонежского современную экспозицию. И здесь открылась странная вещь: о Куликовской битве написано огромное количество книг, а о самом месте сражения практически ничего нет. Тогда Алексей Константинович Зайцев и Александр Иванович Шкурко (ныне президент Государственного исторического музея) предложили создать комплексную программу по изучению территории Куликова поля.

В составе той экспедиции были ученые разных специальностей: археологи, историки, палеогеографы (их участие в экспедиции и по нынешним временам случается не часто). Кстати, накануне 600-летия была неудачная попытка привлечь к изучению поля военных с миноискателями. Они замечательно ищут мины, но с артефактами все оказалось гораздо сложней.

Любая экспедиция – это не только великие ученые умы, которые руководят всем процессом, это еще и рабочая сила, которая должна копать шурфы, палеогеографические катены. Для этого обычно и приглашают студентов.

Однако Алексей Константинович Зайцев с Михаилом Ивановичем Гоняным пришли на истфак Тульского (тогда ещё) педагогического института с надеждой найти не просто землекопов на короткий период практики, а с целью зацепить заинтересованных людей.

- Свои первые профессиональные шаги мы делали в экспедициях наших старших товарищей: в крымской экспедиции Александра Александровича Масленникова и в экспедиции на Куликовом поле, которую сначала возглавлял Борис Андреевич Фоломеев, а потом долгие годы Михаил Иванович Гоняный. Нас же использовали не только как землекопов, но и как руководителей маленьких участков, - вспоминает Владимир Петрович.

- «Старшие товарищи» над новичками не подшучивали?

- Куда же без этого. Запомнился один случай. Экспедиция проходила летом 1980 года. У нас был береговой раскоп глубиной больше 10 метров. Одной стороной он выходил к морю, поэтому копать его было достаточно легко. Никаких находок кроме древних там просто не могло быть. Причем, чем глубже, тем древнее. Тут кайло ударяется во что-то металлическое. С замиранием сердца я кинулся расчищать находку и обнаружил… эмалированную кружку с олимпийским мишкой. Это было в день открытия олимпиады.

- А чем молодого археолога удивили недра Куликова поля?

- Хорошо помню историю своего первого самостоятельного шурфа. Это было рядом с селом Монастырщино. Памятник, который мы долгие годы изучали. Геофизики обнаружили на этом месте маленькую аномалию, которую Михаил Иванович Гоняный поручил мне исследовать. И мной была сделана интересная находка – бракованная крица. Крица – это, можно сказать, полуфабрикат железа, из которого потом будут изготовляться орудия, а бракованная – редкость. Небольшой брусочек говорил о наличии производства, о котором до этого и не предполагали.

Сейчас в фондах музея-заповедника «Куликово поле» сотни тысяч артефактов, которые являются предметным подтверждением исторических предположений и теорий.

Юридическое оформление Тульской археологической экспедиции 28 февраля 1991 года стало моментом рождением команды археологов-профессионалов.

Практически весь нынешний состав экспедиции, как и Владимир Гриценко, впервые оказался на раскопе еще в школьном возрасте.

 

Алексей Воронцов: Археология – это хирургия

Алексей Воронцов - ученый секретарь музея-заповедника «Куликово поле» - более 10 лет возглавлял Тульскую археологическую экспедицию, принимал участие в раскопках кремля, Гончарной слободы, руководил спасательными археологическими работами при строительстве ТЦ «Гостиный двор» и «Парадиз».

Историей увлекался еще в школе и собирался поступать на исторический факультет. Перед глазами был пример молодого человека старшей сестры. Будучи студентом первокурсником, тот отправился на археологическую практику, а вернувшись красиво и бурно делился впечатлениями.

- И я стал с нетерпением ждать, когда же и сам смогу попробовать свои силы. Только мы поступили, была осень 1992 года, нас отправили собирать яблоки в Одоев, где мы все перезнакомились. Со мной учился Степан Шамин, который с детства ездил в археологические экспедиции. Уже в Туле он у меня спросил: «Леша, хочешь стать археологом»? Конечно, я хотел. Довольно холодным и дождливым октябрьским днем он привел меня на пр.Ленина, 47, где тогда располагалась Экспедиция. Через запотевшие очки я увидел бородатых людей. «Это Леша, он хочет стать археологом», - представил меня Степан. Всё.

- Как все? И сразу на раскоп?

- Осенью не очень покопаешь… Но я стал регулярно наведываться в Экспедицию. Зимой там тоже много дел. Мыл керамику, помогал разбирать находки. А по весне, только сошел снег, мы с ребятами отправились в разведку. Искали памятники, я учился разбираться в тонкостях профессии. Летом уже со своим курсом поехал на практику на Куликово поле. Она проходила под руководством Владимира Петровича Гриценко. Практика кончилась, а я остался.

На фото: Степан Шамин, Алексей Воронцов и Игорь Бурцев

- В первое лето удалось что-то найти?

- Этот вопрос ненавидят все археологи. Разумеется, удалось. Иначе зачем мы копаем? Это же не обряд перезахоронения грунта… Мы копаем ради находок, ради изучения места. Первой находкой, как и у любого археолога, у меня был черепок на пашне.

- Фрагмент керамики…

- Да, когда начинаешь искать памятники, ранней весной они появляются на поверхности замытой пашни. По ним можно понять поселение какой эпохи перед нами.

- Насколько благодаря ТАЭ пополнился музейный фонд?

- По Туле более 200 тысяч. Плюс, Поле и другие места… Ценнее не количественные показатели, а качественные. То, что мы знали в 90-е годы и то, что знаем сейчас – это серьезная разница. Были открыты неизвестные культуры, неведомые народы. Наши представления об истории территории нынешней Тульской области поменялись кардинально. Несколько тысяч лет истории стали обрастать подробностями, о которых до работы ТАЭ не знали ничего, даже не представляли. К осени мы готовим рукопись издания, сборник статей к 30-летию Экспедиции.

Причем стараемся писать не для узких специалистов, а так, чтобы информация была понятна всем интересующимся людям. Каждый из нас напишет про свой любимый период: что было, и что мы теперь об этом знаем.

- Наверняка успеху способствует и развитие технологий?

- Появляются новые методы исследований. Например, важно сфотографировать объекты, чтобы потом представить их в документах. В 90-е годы мы снимали на черно-белую пленку, сейчас делаем тысячи электронных снимков. Но по факту это все равно фотография. Раньше были сложности с аэрофотосъемкой. В степях для этого работал специальный аэроотряд. Сейчас запустил дрон, и готово. Недавно пришло лазерное сканирование – отличный инструмент. Но главный инструмент археолога – голова. Как и в любой профессии, прежде всего у археолога должны хорошо работать мозги. Второй инструмент – лопата, которая за последние сто лет тоже не поменялась ни капельки.

- Появились более совершенные металлоискатели…

- Это и счастье, и горе одновременно. Нам прибор помогает фиксировать артефакты на месте их нахождения, но так называемые «самостоятельные» любители истории с их помощью разграбили практически всю Тульскую область.

- Есть методы борьбы с «черными» копателями?

- А что поделаешь с адреналином и азартом? Как бороться с алчностью, с желанием найти сокровище и перепродать? Убедить людей, что это плохо? Иногда получается, чаще – нет. Помните игровые автоматы? Пока их не убрали из города, все равно находились желающие побросать туда свои деньги в надежде на выигрыш. Этот же человеческий грех движет и «черными» копателями. Пока металлоискатели есть в свободной продаже, люди будут ходить, искать и уничтожать нашу с вами историю. Самое страшное в том, что это явление массовое. Каждый десятый житель Тульской области хоть раз ходил с металлоискателем. Это больше 100 тысяч человек. Представьте толпу, которая за день проходит десятки километров, выковыривая все, что попадается. И так с 1995 года. Нетронутой земли практически не осталось. Изрыто всё! Сначала берут с поверхности, потом в ход идут лопаты, и памятник варварски уничтожается.   

- Сокровище в понятии обывательском и археологическом - это же разные вещи.

- Да, археологи ищут не сокровища и не какие-то красивые вещицы. Мы изучаем прошлое по материальным остаткам.

- Выходит, «черные» копатели не сильно разжились?

- По-разному бывает. На американских аукционах ежегодно из Восточной Европы продается где-то 200-300 тысяч лотов.

 

Профессиональных археологов в Тульской области чуть больше десяти человек. Каждый из них работает на небольшом участке. Археология - это точечная хирургия, зонд, который проникает в «тело» истории и берет крошечный кусочек для изучения с целью спасения всего организма. Памятник – это не гриб. Второй раз он не вырастет никогда. Но у археологов есть ответственность перед обществом. Все зафиксировано и сохранено.

За время существования Экспедиции написаны тысячи томов! Обнаружены сотни тысяч артефактов. Это все государственный музейный фонд Российской Федерации, достояние нашего народа. Любой человек может прийти и ознакомиться с коллекциями. Они доступны каждому исследователю.

- Археология – не самый простой и, наверно, не самый прибыльный путь в жизни?

- Исследователи как-то провели замеры и выяснили, что при мысли о деньгах у ученых не возбуждается центр удовольствия. В других профессиях деньги играют более значимую роль, чем в археологии. Иное дело открытие! Это действительно счастье!

 

Кристина Столярова: Археология – профессия увлеченных людей

Научные раскопки обычно происходят вне города, а в Туле Экспедиция занимается исключительно спасательной археологией. Ведь город постоянно строится. Новая выставка - небольшой фрагмент проделанной археологами работы. Взяты характерные находки, которые в жанре очерков, точечных примеров показывают, чем в прошлом жила Тула.

«В фокусе – история семи объектов на улицах Металлистов, Советской, Оборонной, Войкова и Луначарского. При обнаружении они вызвали большой общественный резонанс. Мы получали сотни вопросов, и не всегда удавалось сразу на них ответить. При создании экспозиции нам хотелось показать, что город жил до этого, живет сейчас и будет жить», - рассказывает заведующая экспозиционно-выставочным отделом музея-заповедника «Куликово поле» Кристина Столярова.

- Однажды и наше время станет историей. Что будет интересовать археологов будущего?

- Наша жизнь. Вот, например, объект на Войкова-36. Он сохранил для нас бытовую историю города. В подполе дома жители хранили многие свои вещи: начиная от пешни, которой рыбаки колют лед, заканчивая детскими игрушками. На первый взгляд этот странный набор может показаться не очень ценным, потому что это не клад и не сокровище, сделанное по индивидуальному заказу, но это наша живая история. Нечто подобное может остаться и после нас с вами. Археологи таким складням всегда очень радуются, т.к. они свидетельствуют о массовом быте.

- Что испытываешь, когда через археологические находки касаешься частной жизни людей?

- Это очень трогательный момент. Во время монтажа выставки больше всего меня удивила коллекция погремушек. Игрушки подарили возможность услышать звук 300-летней давности. Погремушка глиняная. Внутри, предположительно тоже глиняный, небольшой шарик. Слышны его перекаты, и создается шум, привлекающий детское внимание.

Невольно начинаешь думать о том, как несколько столетий назад эту вещь держали в руках мама или папа, движимые любовью к своему малышу. Возможно, она даже развлекала не одно поколение крошечных туляков. Здесь мы точно сказать не можем, но хорошая сохранность говорит о том, что игрушку использовали достаточно бережно и аккуратно.

Среди экспонатов, представленных на выставке, – находки Тульской археологической экспедиции 1991 – 2018 годов. Это предметы городского быта, керамика и изразцы, православные реликвии, изделия из металла и дерева.

В центре Тулы близко расположены грунтовые воды, и раскоп быстро заливает. Зачастую археологам приходилось работать по колено в воде. А если весна или осень, то лило еще и сверху. Приходилось тратить много времени на откачку воды. Но, с другой стороны, именно мокрый слой позволил сохранить находки из дерева, войлока, ткани на ул. Советской-72.

- Кристина, археология – не женское дело?

- В других станах может и нет, а в российской археологии с XIX века женщины играли серьезную роль. Например, Прасковья Сергеевна Уварова была авторитетнейшим ученым. После смерти своего супруга графа Уварова она возглавила Московское археологическое общество. У нас в музее много лет исследовательской археологической работой занимается Татьяна Владимировна Наумова. И моя судьба тоже связана жизнью Экспедиции, я замужем за археологом Евгением Столяровым. За ним и пришла в археологию, у меня есть Открытые листы на разведочные работы на территории Тульской области. Сейчас у нас гармоничный тандем: муж проводит масштабные изыскания, а я умею их правильно выставить.

Археология - профессия людей увлеченных, желающих открыть тайны истории и готовых ради этого к трудностям. Интерактивный блок новой выставки дает возможность каждому оказаться на месте археолога. Здесь показаны не результаты работы, а сам процесс.

Пока посетители выставки учатся заполнять полевой дневник, отряд Тульской археологической экспедиции работает в Орловской области и выявляет новые артефакты, свидетельствующие о легендарной Судбищенской битве – сражении между русским войском и крымской ордой в 1555 году у урочища Судбищи.

Археологи уже начли сообщать о новых открытиях, эпизоды сражения найдены еще чуть в стороне… Их «нащупали» и сейчас изучают. Как только накопится информационный объем, он будет опубликован.

Тульская археологическая экспедиция - часть общемировой команды, которая живет сразу во всех временах. Границы появлялись и исчезали, империи возвышались и рушились, а люди в этих местах жили всегда. И сегодня археологи в первую очередь работают для людей.