Память реки: История орловского судоходства

История Орла неразрывно связана с рекой Окой. Как пишет Иван Тургенев в «Записках охотника» (рассказ «Малиновая вода»), даже в быту жила память о реке: «барочный тес» - материал от разобранных барок - шел на кровли и стены избушек, становясь свидетельством былого оживления речных путей. Эти доски, несущие следы гвоздей и влаги, были не столько наследием уходящей эпохи, сколько единственным доступным бедноте бросовым стойматериалом.

Орловская судоходная пристань, известная как Струговая, впервые упоминается в середине XVII века. Именно она изначально определила судьбу города как крупного торгового и административного узла. «Сей город есть средина общей торговли…», — отмечалось в 1787 году, а ключом к богатству была Ока.

Пристань получила название от струг – парусно-гребных судов, которые использовали с глубокой древности использовали. Так в «Русской Правде» за в 1054 году говорилось: «Аже лодью украдеть, то 7 кунъ продаже, … а за стругъ гривна». Куна составляла 1/25 гривны.

На стругах перевозили все: и людей, и пушки, и хлеб, и колокола… Орловская пристань изначально была на левом берегу, но потом ее перенесли на правый, и она  растянулась почти на версту. Каждая третья душа в городе кормилась от судоходной деятельности. Весной, с открытием навигации отходило до сотни судов. Сохранились данные и о грузообороте: в марте 1668 года купцы из вывезли из Орла на 63 судах более 300 000 пудов зерна. Так продолжалось весь XVII и XVIII век. Открытие сезона всегда было торжественным. Навигацию начинали с молебна, на котором присутствовал губернатор. И река оживала, даруя городу процветание.

Но путь к богатству был капризным. И-за мелководья судоходство останавливалось. Купцы платили немалые деньги, чтобы «снять заторные воды» у владельцев верхних мельниц, особенно у знаменитой Хвастливой. Когда ее плотину открывали вода устремлялась к пристани, позволяя караванам барок отправиться в путь. Зависимость от уровня реки определяла весь ритм жизни пристани.

XIX век принес перемены. Прогресс перечеркнул вековое речное господство. В 1868 году открылась Московско-Курская железная дорога, и купцы один за другим стали продавать свои барки. Дерево некогда гордых судов пошло на строительство домов, тех самых, о которых писал Иван Тургенев. Это была последняя служба былой славе. Городская дума тем временем констатировала, что содержать пристань «безвыгодно», и 7 февраля 1891 года Орловская судоходная пристань закрылась Окончательную точку поставили в 1909 году, признав Оку у Орла несудоходной.

Но история любит крутые повороты. Во второй половине XX века в Орловском горисполкоме возникла идея организации движения теплоходов по Оке. Сказано – сделано! Навигация открылась 5 мая 1971 года и продолжалась по 9 ноября 1971 года.

Весь сезон по реке курсировал речной трамвай «Москвич», включенный в маршрутную сеть Орловского трамвайно-троллейбусного предприятия. От Детского парка до парка «Ботаника» за 20 копеек можно было прокатиться по волнам, где когда-то шумели бурлаки. Это был уникальный эксперимент для страны. Постепенно теплоходы стали частью городского пейзажа. А в качестве базы для них был отведен небольшой затон на окраине города в районе Лужки.

Начиная с 1990-х годов, речной трамвай в Орле постепенно перестал выполнять роль общественного транспорта и перешел в экскурсионно-прогулочную нишу.

После потрясшего всю страну крушения теплохода «Булгария» (10 июля 2011 года) правила эксплуатации речных судов ужесточили. Через несколько лет появились сообщения о проблемах с регистрацией орловских теплоходов в Российском Речном Регистре, а 17 мая 2021 года началась работа по утилизации судов.

Ока же продолжает течь, неся в своих водах отголоски криков бурлаков, скрип стругов, гул пароходных гудков и смех пассажиров речных трамвайчиков.