Запуск производства малеинового ангидрида в СССР осложнился браком польского оборудования

Продолжаем чтение книги Виталия Алексеевича Богомолова «На переломе двух веков». Ее автор – государственный, партийный и хозяйственный руководитель – делится историей своей жизни, переплетая личные воспоминания с профессиональными достижениями и глубокими размышлениями о времени и происходящих событиях.

Ранее мы публиковали фрагменты об учебе в институте, службе в армии, трудоустройстве, встречах с известными людьми и военно-патриотической работе, организации спортивных состязаний. Новый эпизод раскрывает процесс запуска производства малеинового ангидрида на польском оборудовании.

В первые же дни работы на предприятии я столкнулся с серьезными испытаниями. К этому времени заканчивалось строительство первого в стране крупнотоннажного производства малеинового ангидрида мощностью 24 тысячи тонн в год, и мне предстояло организовать его пуск и освоение проектной мощности.

Технология этого производства была разработана отраслевым научно-исследовательским институтом органических полупродуктов и красителей (НИОПИК). Проектом было предусмотрено несколько серьезных новых решений, но они не были отработаны на опытных установках, что противоречило существующим правилам. Это сказалось на освоении производства.

Оборудование для цеха малеинового ангидрида изготавливалось в Польше. Польские специалисты участвовали в монтаже оборудования и в пуско-наладочных работах. Как потом выяснилось, при изготовлении оборудования, в том числе и основного его вида - реактора окисления - был допущен серьезный брак при проведении сварочных работ. Реактор представлял собой вертикальный аппарат очень внушительных размеров, в котором имелось более 500 труб, заполненных катализатором. В межтрубное пространство аппарата подавался расплав солей для отвода тепла. Согласно технологическому регламенту, бензоловоздушная смесь, поступающая в реактор сверху, проходила через трубки, заполненные катализатором, а получающиеся при этом контактные газы, содержащие пары малеинового ангидрида, удалялись из реактора через нижний боковой штуцер. При изготовлении реактора в целях более тщательного уплотнения концы трубок развальцовывают в трубных решетках, а затем дополнительно проваривают по всему периметру. Перед сдачей в эксплуатацию реактора межтрубное пространство проверяют на герметичность. Так вот эта основная операция при изготовлении реактора была выполнена с браком.

Первое время после пуска цеха оборудование работало нормально и были получены сотни тонн продукции хорошего качества. Но через два-три месяца стали появляться первые сбои в работе оборудования, которые приводили к остановке цеха. Тщательный анализ причин такой ситуации показал, что имело место нарушение герметичности стыков трубок с трубными решетками реактора. В результате этого расплав солей из межтрубного пространства проникал под нижнюю трубную решетку и вступал в контакт с парами органических веществ, содержащихся в парогазовой смеси продуктов контактирования. Это приводило к сбоям технологического процесса, которые сопровождались хлопками и выбиванием предохранительных мембран на газоходах ангидридной смеси. Систему приходилось останавливать на ремонт и чистку. Аналогичные неполадки имели место и на всех теплообменниках. Такое положение дел не могло не раздражать Минхимпром, поскольку, в связи с пуском в эксплуатацию нашего цеха, Госплан уже не запланировал на 1981 год валюту для закупки малеинового ангидрида за рубежом. А из-за перебоев в работе цеха в стране стал накапливаться дефицит малеинового ангидрида. Наши попытки стабилизировать ситуацию путем проведения дополнительных сварочных работ глушения прохудившихся трубок, ни к чему не приводили, ситуация только усугублялась. Освоение производства затянулось, что потребовало от коллектива предприятия огромного напряжения сил, дополнительных средств и материальных ресурсов.

На завод нагрянуло несколько комиссий, включая и комиссию Комитета народного контроля СССР, пытавшихся разобраться в причинах затянувшегося освоения производства и определить виновных.

Предъявить какие-либо претензии к коллективу завода никто оснований не нашел, и, наконец, был сделан вывод, что на таком оборудовании работать нельзя.

Было принято решение цех остановить, все польское оборудование демонтировать, срочно изготовить новое оборудование на отечественных заводах и на нем вновь запустить цех. По прошествии многих лет можно с уверенностью говорить о диверсии с польской стороны. Это было время разгула польского антироссийского движения «Солидарность», и, наверняка, польские активисты не преминули воспользоваться удобным случаем, чтобы напакостить россиянам. Но в то время никто не решался об этом говорить. С другой стороны, резонно задать вопрос: «А куда смотрели наши специалисты, принимая оборудование от польских машиностроителей?

Вскоре я выехал на Сумской завод химического машиностроения, одно из крупнейших в стране предприятий этой отрасли. Там, вместе с рядом ответственных работников Министерства химической промышленности, провели переговоры с директором завода, в ходе которых достигли договоренностей, что предприятие, несмотря на свой крайне перегруженный годовой план, изыщет дополнительные резервы для выполнения нашего срочного заказа по изготовлению всего ряда оборудования для производства малеинового ангидрида. С учетом наработанного опыта наши специалисты внесли по согласованию с генеральным проектировщиком, определенные коррективы в конструкцию реактора и другого оборудования. На изготовление нового оборудования требовалось значительное время, поэтому Министерство химической промышленности скорректировало годовой план завода с учетом ситуации, связанной с остановкой цеха малеинового ангидрида. После изготовления нового оборудования и его монтажа цех стал работать без сбоев и остановок.

Несмотря на временные неудачи с пуском цеха малеинового ангидрида, работа по реконструкции и модернизации завода продолжалась. Был реконструирован цех по выпуску суперпластификатора С-3 - разжижителя для бетона. Его применение существенно облегчало труд строителей. Бетон можно было перекачивать насосами для заливки в опалубку на большие высоты. Такая возможность, подавать бетон насосами по трубопроводам, была использована при сооружении саркофага над разрушенным блоком Чернобыльской АЭС. Большой интерес представляла работа по реконструкции цеха щавелевой кислоты. В результате удалось увеличить не только мощность цеха, но и провести замену пищевого сырья - сахара на этиленгликоль. Это дало возможность вернуть в рацион питания свыше 10 тысяч тонн сахара в год.

Переход на новый вид сырья позволил механизировать трудоемкие процессы, повысить производительность труда, снизить себестоимость щавелевой кислоты, а главное - получать экономию до миллиона рублей в год. Тогда это были очень большие деньги.

На этот период времени пришлись освоение и выпуск метатолуилендиамина в цехе Nº 24, организация производства и расфасовки фиксатора кислого в производстве товаров народного потребления.

Были построены цех химводоподготовки, новые лабораторный и административно-инженерный корпуса. Выполнен значительный объем работ по оздоровлению экологической обстановки: закрыт ряд вредных производств, отремонтированы сотни метров промышленной канализации, построен уникальный комплекс по нейтрализации и захоронению биологически не разлагаемых промышленных стоков в глубокие надежно изолированные подземные горизонты.

Продолжение следует