Бронепоезда «Козьма Минин» и «Илья Муромец»

Бронепоезда «Илья Муромец» и «Козьма Минин»

10/01/2024 12:39 Бронепоезда «Козьма Минин» и «Илья Муромец»

Автор: Почта России, источник фото.

Славный боевой путь прошли бронепоезда «Козьма Минин» и «Илья Муромец». В течение трех лет Горьковский дивизион сражался на главных направлениях Великой Отечественной войны: на Тульской и Калужской земле, под Орлом и Брянском, под Жлобином на Днепре и под Ковелём на Западной Украине, под Варшавой на Висле и во Франкфурте-на-Одере...

 

Подразделения дивизиона сделали 150 мощных огневых налетов по переднему краю обороны и прифронтовым станциям снабжения, участвовали в прорыве обороны и в отражении атак противника. Артиллерийско-минометным и пулеметным огнем уничтожено 15 немецких самолетов, 1650 солдат и офицеров, 94 пулеметные точки, 42 артиллерийско-минометные батареи, 24 отдельных орудия, 14 дзотов, немецкий бронепоезд, склады боеприпасов.

 

В решающие дни в Горьковской области железнодорожники строят для фронта два бронепоезда: «Козьма Минин» и «Илья Муромец». Строят в свободное от основной работы время, своими руками, на свои средства. Добровольцами в составе экипажей бронепоездов идут на фронт.

 

«Козьма Минин» - назван так в честь нижегородского посадского человека, сказавшего триста с лишним лет назад пророческие слова: «Если нам похотеть помочь Московскому государству, не пожалеем животов наших, да не только животов... Дело великое! Мы свершим его...»

 

«Илья Муромец» - былинная сила народная, поднявшаяся в гневе, чтобы избавить родную сторону от недруга. 

 

«Козьма» и «Илья» - так ласково называли бойцы свои бронепоезда - не были похожи на своих старших братьев. Крепкие, приземистые, намного ниже прежних, с наклонной броней и литыми башнями: по всему - новое слово в практике бронепоездного строительства. И по своей огневой мощи они в несколько раз превосходили созданные ранее боевые машины: на них впервые появились реактивные установки и надежное зенитно-артиллерийское прикрытие.

 

Похожи, как близнецы, - строились по одним чертежам. Разве что бронепаровоз «Козьмы» выглядел несколько легче, чем у «Ильи». Примечательным было напутствие дивизиону перед первыми боями генерал-полковника Я. Н. Федоренко, начальника Главного автобронетанкового управления Красной Армии. Еще в годы гражданской войны командовал он одним из бронепоездов Страны Советов, хорошо знал этот тип вооружения, был инициатором его развития и совершенствования. Он не скрывал своих чувств при встрече с «Козьмой» и «Ильей». Отметил генерал и круговое вращение ракетных установок, и прекрасную радиостанцию дальнего действия РСМ, установленную в бронированном отсеке задней части тендера, и хорошо отлаженную бортовую связь - «нервную систему» дивизиона.

 

- Такие бронепоезда в нашей стране еще не строились. Нет их и у противника. Ничего общего, кроме железнодорожного хода, не имеют они с существующей бронепоездной техникой... Желаю вам славных ратных дел и боевых успехов, - напутствовал воинов генерал.

 

Впереди перед «Козьмой» и «Ильей» лежали по курсу Тула, Горбачево, Скуратово, Чернь, Мценск...

 

За бронепоездами началась охота. Фашистская авиация выслеживала «Козьму» и «Илью» на станциях, на стоянках. Живая мишень! Но плотный заградительный огонь зенитчиков всякий раз остужал пыл немецких асов. Когда из пяти бомбардировщиков на базу возвращается один, это заставляет задуматься! Командир отряда летчиков, обер-лейтенант с тремя Железными крестами на груди, сбитый зенитчиками «Козьмы» и взятый в плен, процедил сквозь зубы: «Наша цель - уничтожить бронепоезда».

 

16 мая сорок второго года сразу восемнадцать «юнкерсов» атаковали станцию Чернь. «Козьма» и «Илья», отстреливаясь и искусно маневрируя, отходили за стрелки, на перегон. Взлетели в воздух штабной, санитарный вагоны...

 

На другой день немецкое командование передавало по радио: «Вчера на станции Чернь Тульской губернии в результате массированного налета авиации рейха уничтожены советские бронепоезда «Козьма Минин» и «Илья Муромец», построенные Америкой». Но той же ночью при разгрузке вражеских эшелонов с войсками и техникой на станции Мценск на них обрушился всеистребляющий шквал огня. Два бронепоезда незаметно вышли на огневой рубеж и, нанеся решающий удар, ушли на запасные позиции. Через час дивизион повторил огневой налет. На этот раз по вражеским батареям, раскрывшим себя при первой атаке.

 

Комиссар «Козьмы Минина» Алексей Семенович Потехин, прошедший с бронепоездом весь путь - от первого дня строительства до победного салюта, - вспоминает тот июньский памятный бой сорок второго:

 

«Неподалеку тяжело ухнул снаряд. Потом еще и еще. Вздрагивает земля.

 

- Нащупали, - злится командир огневого взвода Николай Гаврилов. - Теперь держись! Только бы в бронепаровоз не угодили. Он - главное. Без движения мы можем стать легкой добычей врага, поэтому всегда ставим паровоз в середине состава, тендером вперед. Так сохраннее.

 

Резкий удар. Прямым попаданием снаряда сорван и отброшен к обочине лист брони, прикрывающий ходовую часть паровоза. Вместе с «Козьмой Мининым» отходит и «Илья Муромец». Бронепоезда вырываются из-под огня. Еще и еще раз меняем мы свои огневые позиции, вновь и вновь пополняем боекомплект, а бой все не утихает...

 

Огневая мощь доходит до предела. Раскаленные жерла пушек и направляющие реактивные установки посылают на врага тонны металла. Бронепоезда превращаются в какой-то бурлящий вулкан...»

 

Только к вечеру закончился этот бой. Наша пехота взяла высоту. Бойцы с почерневшими от порохового дыма лицами молчаливы и серьезны. Бронепоезда - стальная крепость на колесах. Мощная боевая техника. Страж железнодорожных узлов и путей, этих артерий войны. Неожиданный огневой налет и надежная оборона - их сила.

 

Но бронепоезда - это и трудно маскируемая от врага цель, привязанная к рельсам, открытая авиабомбам и снарядам дальнобойной артиллерии.

 

Отбили одну воздушную атаку. И снова звено «юнкерсов». Отстреливаясь, бронепоезд покатил к выходным стрелкам. И вдруг резко падает давление пара. Провалились колосники. Ситуация яснее ясного: остановится бронепоезд - ему конец. Машинист Алексей Васильевич Бирюков быстро натягивает на себя ватные брюки, фуфайку, шапку-ушанку, обливается водой и лезет в топку. Пар и огонь обжигают тело даже через одежду, голова трещит, но руки привычно и быстро делают дело. Готово. Друзья вытаскивают Бирюкова из топки в дымящемся тряпье. Бронепоезд набирает скорость...

 

Особые это были бронепоезда! И люди, воевавшие на них, были особые. Не каждому дано выбирать свою судьбу, заслужить право на риск и вызывать огонь на себя. Благодаря хорошему вооружению «Козьма Минин», к примеру, мог обеспечить большую концентрацию огня и вести прицельную стрельбу до 12 км, то есть круговая зона обстрела доходила до 24 км. Эти особенности бронепоезда хорошо дополнялись возможностью возить с собой большой боезапас.

 

Для борьбы с авиацией противника на контрольные платформы дополнительно устанавливались крупнокалиберные пулеметы системы ДШК и трехспаренные зенитные пулеметы ПВ-1. Для защиты расчетов от осколков бомб и снарядов вдоль бортов из рельсов и шпал укладывались штабеля.

 

Камуфляж бронепоезда в летний период - темно- и светло-зеленые с желтизной пятна, зимой - белый. На открытой артиллерийской бронеплощадке с боковой броней 45 мм устанавливались 25- и 37-мм полуавтоматические зенитные пушки. Посредине бронеплощадок реактивные установки М-8.

 

Четыре двухосные контрольные платформы составлены в два сцепа. Загружены аварийным комплектом материалов и противопожарного инвентаря: рельсы - 50 шт., шпалы - 100 шт., накладки - 50 шт., подкладки - 200 шт., болты - 2 ящика, костыли - 2 ящика, ломики - 20 шт., лопаты костыльные - 20 шт., молотки костыльные - 20 шт., лопаты железные - 50 шт., шпалоподбойки деревянные - 20 шт., подъемные башмаки («лягушки») 20 шт., ящики с песком - 4 шт.

 

По инициативе тульского филиала Московской железной дороги был реконструирован бронепоезд «Козьма Минин», который стал главной достопримечательностью мемориала «Бронепоезд Победы», расположенного на ж/д станции Чернь.

 

ЗЕМЛЯКИ

Петр Петрович Сушкин

Выдающийся зоолог, академик АН СССР. Сын Почётного гражданина Тулы купца Петра Сушкина, выпускник Тульской классической гимназии. С детства Петр Петрович увлекался бабочками и птицами, изучение которых стало его основной профессией. ОДин из основателей экологической палеонтологии.

Николай Никитич Добрынин

Тульский градоначальник-благотворитель, правивший городом оружейников почти четверть века. Это не только тульский, но и российский рекорд. На протяжении всего XIX столетия Добрынины находились в центре общественной жизни города.